Rambler's Top100 'Сон Разума', главная страница 'Сон Разума', главная страница 'Сон Разума', обязаловка
Переписка
Енлардж свой CTR!
Пути судьбы, часть 2
 


Как она растила детей одна, (в то время как прадедушка воевал во время гражданской в отряде Щорса и во время второй мировой гнал немцев до самого Берлина), как спасалась с малышами от немцев в партизанском отряде, как получила потом, в Великую Отечественную, похоронку на сына, подростком убежавшего на фронт, как работала в деревне, не покладая рук, на жалкие трудодни, как отдавала детям последний кусок хлеба, голодая сама — можно рассказывать долго...

Я хорошо её помню. Маленькая, сухонькая, она дожила до 104 лет, сохраняя подвижность, способность ухаживать за собой, ясный разум и превосходную память. И умерла она тихо и незаметно, ничем не болея — просто от старости. Оставив после себя память и — эти несколько старых писем...


Пожетлевшие хрупкие листки, потертые на изгибах, исписанные убористым почерком по-французски, с кое-где расплывшимися чернилами. Я еще не так хорошо знаю язык, и многие слова просто не смогла разобрать, но общий смысл, я думаю, мне передать удалось...


Вот они.


***

Франция

Париж

Предместье Сент-Дени

Госпоже маркизе Д***.


Милостивая Госпожа Маркиза!

Прошу простить мне мою дерзость, что осмеливаюсь писать Вам.

Но надеюсь, что Вы будете снисходительны и простите мой проступок.

Возможно, что Вы уж не помните меня и за давностью лет позабыли наши прогулки в Булонском лесу, два года назад. Но я до сих пор помню лучи солнца на вашем лице, чудный изгиб вашей шейки и склоненную над букетом роз головку. О, Вы были такой: чудесной, что вызывали во мне трепет и желание целовать Ваши руки...

До сих пор, вспоминая Вас, я испытываю ни с чем не сравнимое чувство глубокого почтения и преклонения. Моя Маркиза!..

У нас зима и канун Нового Года. Ребятня в деревне водит хороводы вокруг снежных баб и катается с гор на салазках.

Вам, должно быть, интересно, как у нас тут, в заснеженной и холодной России? Всё слава Богу! Я вышел в отставку и теперь наконец-то могу посвятить себя будничным делам и хозяйству. Приято осознавать себя свободным человеком и просто нестись на коне через заснеженные поля навстречу красному солнцу, а потом вернуться домой, сесть в кабинете за стол и смотреть на вашу миниатюру.

Ту самую, помните? Где Вас запечатлел мсье Жак, с этим новым изобретением — палочкой для курения. У Вас там красивые, но печальные глаза...

Как жаль, что я не рядом и не могу развеять Вашу грусть! Я много думаю о Вас, представляя себе, как могло все обернуться, если б не злая судьба... Но я не прошу у неё снисхождения! Человек предполагает, а Бог располагает — так, кажется?

За окнами, покрытыми затейливым узором, трещит мороз, но люди у нас к этому привычны. Не пронять русского человека ничем!

Вы только представьте, дорогая маркиза! Приказал вчера выкатить из подвала бочку мальвазии, что прислал граф Вяземский. Так все народ выпил и ещё просил!

Сегодня с Иваном, моим мажордомом, ездили на двух тройках в N-ск. Зачем? Может, я покажусь Вам сентиментальным, но за подарками для деревенской ребятни. Пусть и детишки почувствуют праздник, ведь взрослеют у нас рано. Нарядим Ивана в тулуп, привяжем бороду из мочала и отправим в Сочельник по домам. Смешно он, право, будет выглядеть! Ну, на то и праздник.

Печи в большом доме жарко натоплены, моя любимая борзая Август лежит у меня в ногах, лишь иногда поднимает голову с лап и вглядывается в меня. А я рассказываю ему о Вас. Он слушает, дергая ушами, и недоверчиво приподнимает одну бровь. Может, смеется? Прохвост этакий! Но Пес мой уже стар и вряд ли доживет до лета, поэтому ему многое прощается...

Ведь я помню его маленьким щенком, беззаботным и веселым комком шерсти. Помню его визг, когда лет 10 назад я уезжал первый раз из дома к месту службы. Он тосковал...

Этим же изъявлением радости он встретил меня после Французской Кампании. Собаки не забывают и не предают, как люди...

Не знаю, когда Вы сможете получить эту записку. Что говорить, почта работает из рук вон плохо.

И все же я верю, что письмо отыщет Вас, даже через годы, даже если Вы сменили адрес. Но если Вы забыли меня, я все равно буду думать о Вас и боготворить — как все эти годы.

Ведь Ваш портрет всегда будет стоять здесь, перед моими глазами, а чистый образ незримо жить в моём сердце.


Всегда Ваш —

Алексей М., поручик Псковского Гусарского Полка Лейб-Гвардии Его Величества.


Усадьба Покровское.

N-ская губерния.

1815 год 26 декабря.


***

Усадьба Покровское.

N-ская губерния.

Алексею М., поручику Псковского Гусарского Полка Лейб-Гвардии Его Величества.

год 1816 от Р.Х.


Милостивый господин Алексис!

Я считаю своим долгом поставить Вас в известность о происшедшем неделю назад сего месяца скорбном событии. Я искренне полагаю, что в Вас достаточно мужества достойно принять это тяжёлое и глубоко прискорбное для Вас известие.

Я являюсь близким поверенным в делах нашей всеми боготворимой и так рано нас покинувшей госпожи маркизы Э.Д***. И поэтому имею доступ для прочтения всей приходящей на имя маркизы почты. И вот, получив два дня назад Ваше письмо, и ещё не осушив слёз от происшедшего, спешу поставить Вас в известность о сием прискорбнейшем случае...

Но всё по порядку.

Вы ведь прекрасно помните, судя по Вашему письму, как хороша была наша уважаемая госпожа маркиза, как весела, как щебетала, словно птичка, и какую радость доставляла одним своим видом тем, кто имел счастие знать её! Но госпожа сильно переменилась после Вашего отъезда... Её стало не узнать. И среди шумных балов, и во время увеселительных прогулок по Елисейским Полям прекрасные глаза её всегда оставались печальны, и румянец сошёл с её нежных щёк, и счастье слышать её нежный голос нам выпадало теперь лишь изредка... Оживлялась она только в час прихода почтальона, но, не получив ожидаемого, становилась ещё мрачнее, и часто я замечал, что глаза её подозрительно блестели... Тайная печаль угнетала её все эти годы... Развеять её не могли никакие ухищрения её мужа, господина маркиза, который старался как можно чаще вывозить её в Свет и устраивать балы... И всех удивляла её странность — она повсюду носила с собой букет засохших роз... Господин маркиз пригласил к ней известного в Париже доктора, но она наотрез отказалась его принять. А в ответ на мой немой вопрос она грустно вздохнула и печально сказала: "Это не вылечить уже, Пьер... Вот разве только от Него пришло бы письмо!"

И смысл этих трагичных слов я понял только два дня назад...

А неделю назад она умерла... Позвала меня к себе накануне вечером. Приказала мне молча слушать её и не протестовать. И начала, путаясь в словах и перебивая саму себя, говорить, что прекрасно знает, что поступает плохо и идёт супротив Бога, но не имеет сил больше так жить и ждать... Ждать безнадежно и бессмысленно... "Ах, если бы знать только, что он не забыл и помнит обо мне!" — эта , в смятении вырвавшаяся фраза объяснила мне многое... Я старый человек и знаю жизнь, и попытался уговорить её не терять надежду, но она прогнала меня, оставшись в слезах наедине со своими страданиями... А назавтра она не проснулась после повышенной дозы снотворного...

Ну вот, сударь. Теперь Вы знаете всё. Прощайте. И Бог Вам судья!

Засим остаюсь —

безутешно скорбящий о несовершенстве всего сущего — Пьер Дюбуа.

Франция. Париж.


Продолжение следует...

Последнее:







Обсудить произведение на Скамейке
Никъ:
Пользователи, которые при последнем логине поставили галочку "входить автоматически", могут Никъ не заполнять
Тема:

КиноКадр | Баннермейкер | «Переписка» | «Вечность» | wallpaper

Designed by CAG'2001
Отыскать на Сне Разума : 
наверх
©opyright by Сон Разума 1999-2006. Designed by Computer Art Gropes'2001-06. All rights reserved.
обновлено
29/10/2006

отписать материалец Мулю





наша кнопка
наша кнопка



SpyLOG